Детальная информация стеллажи металлические на нашем сайте.

Пореформенное поколение

Каждое поколение интеллигенции создает собственный набор героических мифов, отражающих интеллигентское самосознание того или иного исторического периода. Пореформенное поколение принесло в российское общество заимствованные на Западе либеральные и радикальные, в том числе социалистические и террористические, идеологии и положило начало отечественной интеллигентской мифологии. Подчеркну, что идеология и мифология интеллигенции органично взаимосвязаны: мифология – словесная форма выражения идеологии, идеологический символ, а идеология – глубинный смысл мифов. Особенно легко поддаются мифологизации радикальные, революционные идеологии, обладающие привлекательной для молодежи романтической бутафорией.

Интеллигентская мифология XIX в. эволюционировала вместе с развитием радикальных идеологических концепций. В зависимости от смены культурных героев, мифологию радикальной интеллигенции можно условно, для удобства рассмотрения, подразделить на три сериала:

  • нигилистический – 60-е гг.;
  • народнический – 70-е гг.;
  • террористический – 80-е гг.

Этический кодекс нигилизма хорошо согласуется с этикой разумного эгоизма Н. Г. Чернышевского, суть которой раскрывается в следующем силлогизме. Эгоизм – естественное свойство личности, он движущая сила всех нравственных поступков. Разумный человек руководствуется расчетом, повелевающим ему отказываться от меньшей выгоды или меньшего удовольствия ради получения большей выгоды, большего удовольствия. Этот расчет показывает, что общественная польза и выгода выше личной, частной пользы, поэтому ради собственного блага следует посвятить себя служению обществу, а не самому себе. В разумный эгоизм вписываются героизм, благородство, самопожертвование, и в итоге разумный эгоизм становится разумным альтруизмом.

Главная отличительная черта мифологического народника – бескомпромиссный альтруизм. П. Л. Лавров писал: «Тот, кто по каким-то личным соображениям останавливается на половине пути, кто из-за прелестной головки вакханки или из-за интересных наблюдений за инфузориями, или из-за захватывающей ссоры с соперником по литературе забыл о неимоверном количестве зла и невежества, с которыми должен бороться человек, тот может быть кем вам угодно – изящным художником, замечательным ученым, блестящим публицистом, – но он исключил себя из рядов сознательных работников для исторического прогресса». Гуманистический альтруизм не вытекал из рациональных соображений, его стимулировало эмоционально переживаемое мистическое чувство вины образованного человека перед обездоленным народом.

Террористический сериал является продолжением предыдущих мифологических серий и преемственно связан с ними, но он имеет тональность не смиренного покаяния перед народом, а беспощадной мести угнетателям народа. Один из зачинателей русского терроризма С. М. Степняк-Кравчинский обрисовал нового мифического героя не без поэтического вдохновения: «На горизонте обрисовалась сумрачная фигура, озаренная точно адским пламенем, которая с гордо поднятым челом и взором, дышавшим вызовом и местью, стала пролагать свой путь среди устрашенной толпы, чтобы вступить твердым шагом на арену истории. То был террорист… Он прекрасен, грозен, неотразимо обаятелен, так как соединяет в себе оба высочайшие типа человеческого величия: мученика и героя… Одинокий, без имени, без средств, он взял на себя защиту оскорбленного, униженного народа. Он вызвал на смертный бой могущественнейшего императора в мире и целые гг. выдерживал натиск всех его громадных сил».

Образ народного заступника и мстителя незаметно перерастал в образ всемогущего сверхчеловека, владеющего жизнью и смертью обычных людей.

Революционное поколение отличает исключительный взлет духовной энергии. Н. А. Бердяев вспоминал: «Только жившие в то время знают, какой творческий подъем был у нас пережит, какое влияние духа охватило русские души… Много дарований было дано русским людям начала века». Высокая креативность интеллигенции Серебряного века проявилась не только в литературно-художественном и философском творчестве, но и в мифотворчестве. Мифотворчество признавалось необходимым звеном поэтики символизма. Миф относится к символу, по словам Вяч. Иванова, как дуб к желудю, а художник-символист – творец не какой-нибудь, а мифологической реальности, которая прекраснее чувственно воспринимаемого мира. Декадентская мифология красиво повествовала о конце этого прекрасного мира. Первооткрыватель символизма Валерий Брюсов провозглашал:

И напрасно кипит напряженно мечта, –
Этот мир и суров и нелеп.
Он – немой и таинственный склеп
Над могилой, где скрыта навек красота.

Богоискательство стало характерной чертой Серебряного века. Оно по сути своей представляет собой поиск такой сверхъестественной силы, в которую мог бы поверить интеллигентный человек. Религиозную потребность рождало ощущение «излома веков», исторического перелома, рождения новой культуры, наступления революционных изменений.

Аркадий Соколов: диалоги об интеллигенции, коммуникации и информации

Похожие записи:

Самые новые записи: